Грецкий орех

как мы кололи девайсы в Элладе

Жажда «чего-то героического» часто толкает на сумасбродство или дикость. А мы нашли жанр, где есть место мирному подвигу. Воспитание характера и муштра интеллекта – вот что такое полевые тесты МН. Мы уже неоднократно «брали себя на слабо» и, обвесившись сложнейшими девайсами, устраивали испытания себе и технике: на воде, на суше, в местах прозаичных и славящихся аномалиями. На этот раз нас позвала родина богов и героев, Греция. Легенда такая: Седьмая Русско-Эгейская регата, мы собираем два экипажа, рубимся по-настоящему в гонках, не забываем о работе, тестируем технику, выходим на связь.

        Отдых под парусом пока в диковинку. Но ничто не сравнится с этой свободой, где все передвижения просчитаны и упорядочены, дисциплина – строжайшая, и при этом мало что предсказуемо, и каждый миг есть место экспромту. Земля выбивается из-под ног, оседлый образ жизни исключен, никакой рутины проторенных маршрутов, яхта – твой дом, твой соратник. Спутники, которые на суше – галдящий, невпопад выпивающий и переругивающийся табор, на яхте вмиг превращаются в вышколенный работящий экипаж. Женщинам достаются женские переживания – испуг и восторг, мужчинам – мужские – спокойная ярость совершающих подвиг героев.
         Бояться не надо!
         Если не весь яхтенный мир, то парусная Европа точно исходила Эгейское море вдоль и поперек. Можно зафрахтовать любую из существующих в природе яхт. Здесь всегда благоприятный и достоверный прогноз погоды. Особая прелесть акватории – в том, что переход от одного острова до другого занимает не более светового дня. На одних осколках суши – прекрасная дичь крестьянской жизни, на других – цивилизация, но без дурацких предрассудков в вопросах порядка у местной береговой полиции. Швартуйся в свое удовольствие, пополняй запасы пресной воды, - даже не в очень приспособленных маринах.
         Конечно, Эгейское море – не санаторий, и нам сразу пришлось буквально окунуться в настоящий шторм. Но, как не очень гладко, зато правильно сформулировали мы по прибытии, именно в таких условиях может произойти возвращение мужчин к мужчинству.
         Выбрать и зафрахтовать яхту не сложнее, чем подыскать и забронировать номер в отеле. Но еще проще – позвонить Саше Синицыну из Argolis-Yacht, он решает все вопросы.
         После долгих совещаний, изучений яхтенных журналов и сайтов, опытным «морским волкам» достался Yolick II (Gib’Sea 51/02 – 51 фут в длину, 5 двухместных кают), а «молодняку» пришлось осваивать Viking IV (Bavaria 44/02 – 44 фута, 4 каюты).
         Обязательный осмотр яхт, в полноправное владение которыми мы вступали на ближайшие 12 дней, включал и исследование днища. Нас вообще хлебом не корми – дай понырять, а тут осознанная необходимость выбросила за борт с фотоаппаратом Pentax для подводной съемки. Греки из компании, сдающей яхты, сочли нас параноиками, им было невдомек, что это банда изголодавшихся по настоящей жизни технических специалистов ловит свой кайф.
         Что непривычно? Нельзя забывать автомобильные зарядные устройства (мы забыли!) – на яхтах установлена электрическая сеть в 12 Вольт. Жесткий чемодан некуда будет впихнуть, поэтому морского путешественника можно узнать по мягким баулам. Обувь – только на светлой резиновой подошве. В камбузе с непривычки не похозяйничать: болтанка, неожиданные полеты продуктов и столовых приборов. Укачивает. В настоящий 6-балльный шторм выворачивало наизнанку всех. На сленге парусного братства это называлось «кормить Посейдона». Но удовольствий оказалось намного больше всех странностей и неудобств.

Цена мужества
         Контакты Саши Синицына – (095)722 3996, http://www.argolis-yacht.ru.
         Фрахт яхты. Небольшая 44-футовая стоит в районе 3 000 евро на 12 дней (раскиньте эту сумму на 8 человек – получится не дороже отеля),
         Из-за майских праздников возникли некоторые трудности с билетами на самолет, но и они решились. Часть экипажа летела Air France через Париж – за $580 (туда и обратно), групповой тариф с хорошей скидкой дала туристическая компания «Петрополитана» (http://www.petropolitana.spb.ru), часть – добиралась через Варшаву польскими LOT – за $445.
         Такси от аэропорта Афин до старта регаты в Лаврио (примерно 35 км дороги) – 45 евро. Обратно мы ехали уже как «местные» - за 30 евро. Устроили себе чудесный день экскурсии по Афинам на такси. Маршрут Лаврио – Афины – Лаврио продолжительностью более 8 часов с заездом в музеи, обязательные «знаковые» для Афин места и несколько таверн обошелся в 150 евро за машину на пятерых.
         Еда, питье, лакомства и удовольствия (в разгаре был клубничный сезон) – не более 300 евро на человека на 12 дней. Мы просто скинулись «в судовую кассу», на эти деньги покупали продукты, ходили в рестораны и устраивали гастрономические праздники.
         Солярка и вода для нашего парусника – не более 130 евро.
         Аренда мопедов на островах – когда не хватало приключений на море – 20 евро.
         Аренда автомобиля – 45 евро.
         Бензин – 1 евро/литр. Расстояния небольшие, особо не раскатишься, поэтому траты на бензин были скромными.
         Итого: с сувенирами-подарками, в стиле «ни в чем себе не отказываем» каждый уложился в 1500 евро, но возможны и не такие «размашистые» варианты.

Рация в водке и другие технические примочки
         Итак, все вещи и девайсы уложены, хрупкая техника обмотана шмотьем и покоится в торбах и кисах. Краткий отчет: что брали на борт и как с этим расправлялись.
         Рация Voxtel MR200. Незаменимая вещь для ведения переговоров между двумя дружественными экипажами Yolick и Viking. В первый же день бухнули рацию в соленую морскую волну, на 5-метровую глубину, и с причитаниями нырнули искать ее на дне, с досадой предвкушая регату без «конфиденциальной» связи. Voxtel был нами пойман, выужен, разобран, замочен в водке, высушен на солнце и собран снова. Рация работала!
         Связывались по пятьдесят раз на день, спрашивали, подсказывали, помогали ловить ветер и швартоваться. Фраза «я вижу ветер! Я нашел ветер!» на третий день стала крылатой. На Yolick была очаровательная девочка Лерочка четырех лет от роду, она легко управлялась с рацией и помогала нашим экипажам быть в курсе – кто что готовит на завтрак, обед или ужин. Расшифровался выпускник школы радистов, который не давал покоя, стоило взять рацию в руки: «Это специальный стиль речи, а вы все время неправильно говорите! Надо не «алекать» и тараторить, а медленно и четко произносить: Йолик-2, ответь Баварии-4!». А мы все «алекали» и тараторили. И отлично друг друга слышали.
         Со спутниковым телефоном??? нас остановили таможенники в Шереметьево. Подозрительность оправдывали «опасностью террористов». Рысцой пробежались по всем наследникам дела Верещагина, вплоть до начальника, повторяя одну и ту же историю: Мы идем на яхте, у нас регата, нам нужен спутниковый телефон – как иначе мы подадим сигнал бедствия, если что-то случится?
         Грамотные таможенники устраивали импровизированные тесты: кого из яхт-клуба знаете? И закидывали терминами: что такое стаксель? а леера?
         Несмотря на тотальное покрытие GSM-сетями, приятно было звонить из открытого моря: днем – по делам, вечером – в свое удовольствие: «Дорогая, я говорю через космос! 35 баксов минута! Давай сделаем это по-быстрому!»
         Два мобильных телефона BenQ и Pantech вызвали восторг у женской части экипажа. Девчонки по-сорочьи отмечали дизайн и «общую стильность» девайсов. Мужчины были рады наличию автомобильных зарядных устройств в комплектах: несмотря на многочисленные предупреждения о 12-вольтной электросети на яхтах, автомобильной зарядки не взял никто.
         Ноутбуки Max Select и Gigabyte стали нашими «стеклопакетами» в Европу (сказали бы «окнами», но передовой технике – передовые имена!). Выходили в интернет, писали путевые заметки и наброски тестов, сливали гигабайты несметного числа фотографий.
         Три цифровых фотоаппарата: сконструированный специально для подводной съемки Pentax и обычные цифровики – BenQ и Olympus. Фотоаппаратов в таком путешествии много быть не может. Охваченные лихорадкой открытий, наши спутники в одночасье расхватали цифровики и бросились фотографировать, как оглашенные. Мы проводили свои тесты урывками, после часовых просмотров вновь созданных фотоархивов и причитаний «как оно художественно получилось!»

Коммуналка под парусами
         Но мы не просто работали с техникой и отдыхали! Мы участвовали в гонке и чуть-чуть не победили в регате! И победили себя – страх, лень, комплексы, безволие! Второе место для любителей (но там не было профессионалов, регата любительская) – очень неплохой результат. Мы были борцами и героями. Мы увидели с десяток дивных греческих островов, мы надышались морским воздухом, встретили замечательных людей, нашли новых друзей, почувствовали ни с чем не сравнимый вкус старой любви…
         Врубаться в гонку тяжело. На яхтах – атмосфера и быт коммунальной квартиры. Только эта коммуналка стремительно несется по волнам, поддаваясь велению воли населяющих ее людей. Внутри тесно, душно и укачивает, снаружи – опасно: того и гляди, шмякнет по темечку гиком, или нарвешься на грозный рык капитана.
         Регата – это тяжелая физическая работа в экстремальных условиях. Мы сразу влетели в шторм, остались без света, с неработающим двигателем и GPS («молодняк» на Viking). На одной яхте старый капитан Николай Иванович ежечасно воздевал руки к небу и молил: «Боженька, помилуй, Никола Морской, подсоби!» На другой – бородатый шкипер Викторович с веселой злостью гонял свою команду: «Сами, все сами! Никто за вас паруса ставить не будет!»
         Так тяжело, что первые три острова – Китнос, Серифос и Милос напрочь стерты из памяти. Не помним ничего: как шли по морю, как швартовались, что ели, и ели ли вообще, где спали и с какими мыслями просыпались.
         На третий-четвертый день очнулись. Увидели приземистые каменные дома, хранящие прохладу и в зной. Увидели черные прокопченные лица греков-островитян. Узнали вкус настоящей греческой похлебки: просто, кусками порезанная рыба, цуккини, специи, лимон, созревший прямо над плитой – протяни руку и сорви.
         На островах каждый камень – легенда и история. Строительного материала не много. Завозить кирпичи для крестьянских хибар – дорого, не подъемно. Поэтому все камни оказываются в причудливом тысячелетнем круговороте: из древнегреческого храма – в дом – из дома – в булыжную мостовую – из мостовой – в новую пристройку к церкви… Пока не сотрутся до пыли.
         Пасха в деревенском храме. Все те же простота и безыскусность. И неподдельность. Женщин пускают с непокрытыми головами и не осуждают. Свечи не продают: воистину, здесь торг неуместен. Коробки со свечами отдельно, коробки для пожертвований – отдельно. А ты уж сам соотноси: что ты просишь от Бога, что ты даешь его церкви.
         На каждом дворе в Пасху – бешеная пальба из ружей и хлопанье петард. Такая традиция – Пасха со стрельбой и грохотом декоративных снарядов. На площадь выволокли пугало: бородатый господин в шляпе, жилетке и пиджаке, карманы набиты цветами. Когда пугало вздернули на виселице и как-то радостно и назидательно засмеялись все вокруг – от подвыпивших селян до стариков и детей, смысл происходящего стал проясняться: греки до сих пор, каждый год! сводят счеты с Иудой.

"Мобильные новости" июль 2005        Екатерина Горелова